— Они прониклись. Дело в том, что я всегда старался предугадать, каков будет исход тех или иных моих действий и решений. С интервью на радио получилось примерно то же, что и с Каспаровыми, только теперь задача была посложнее. Я пообещал обаятельной женщине — редактору отдела — что возьму интервью у Максуда Ибрагимбекова. В то время в Баку «звездили» два брата — Максуд и Рустам Ибрагимбековы. Оба увлекались литературой и кино. Максуд, был любимцем женщин, очень общительным человеком, но имел принцип никогда не давать интервью журналистам. Это было всем работникам прессы хорошо известно. Поэтому редактор радио посмотрела на меня с большим сомнением, но и с интересом. «Он мой друг», — пояснил я. Она как-то странно улыбнулась и выдала довольно тяжелый аппарат для радиозаписи, который назывался «Репортер». 

С ним на плече я и появился у двери квартиры Максуда Ибрагимбекова — будущего номинанта на Нобелевскую премию по литературе. Позвонил.

Хозяин открыл дверь на цепочке, увидел мой «Репортер» и крикнул: «Никаких журналистов!». Однако я в ответ начал лепетать что-то типа: «Максуд, это вопрос жизни и смерти. Моя девушка поставила мне условие, что или я беру у вас интервью, или она уходит». Как ни странно, но эта чушь подействовала на его кинематографическое и литературное сознание. Он открыл дверь. Впустил меня. Рассказал, какие фильмы сейчас снимает. Познакомил с Муслимом Магомаевым — не лично, конечно, но дал мне диски с его песнями, пленки. И даже показал, как управляться с «Репортером» — он сам, в отличие от меня, действительно работал когда-то на республиканском радио, а я, как вы поняли, увидел этот аппарат впервые в жизни.

13 января, 2026