Почему те, кто трудился всю жизнь, умеют радоваться мелочам и не претендуют на «всего и побольше»
Большое маленькое счастье
Фото: Всеволод Трифанов
Большое маленькое счастье
Почему те, кто трудился всю жизнь, умеют радоваться мелочам и не претендуют на «всего и побольше»
Прохладным апрельским днём, пока город белых ночей погрузился в дремоту, я спустился в переход станции метро «Московская», чтоб выехать в аэропорт Пулково, а дальше домой, в Екатеринбург. И вдруг обратил внимание на пожилую женщину с букетами цветов. Она их продавала. Разговорились. Оказалось, что Галина Петровна блокадница, а её отец родом из Свердловска. Сама она в моем родном городе никогда не была. Старушка вспомнила как ребёнком провожала отца на войну, с особым теплом произнеся слово «папа». Он не вернулся с фронта. Ей пришлось пережить тяжелое время. Теперь она стоит в холодном переходе и зарабатывает деньги на лекарства. Я решил купить букетик. Галина Петровна взялась выбрать для меня самый красивый. Его я тут же и преподнес новой знакомой, взяв обещание, что она поставит его дома в вазу. И старушка заплакала. Мысль о том, что значили эти слёзы, не отпускала меня весь полёт, пока я смотрел на синеву балтийского побережья...
Время чудес
Эту странную встречу с пожилой петербурженкой я вспомнил накануне 2026 года. В дни, когда в воздухе носится терпкий запах еловых ветвей, глаза ослепляют тысячи маленьких огоньков, а лицо краснеет от морозного ветра. Мы верим, что совсем скоро может произойти чудо. И дети, и взрослые с трепетным волнением готовятся к встрече Нового года, и от того всё вокруг лишь больше погружается в суету. Это повторяется из года в год, на протяжении всей жизни. В любом возрасте нам хочется заглянуть под новогоднюю ёлку, увидеть там подарки и, с улыбкой на лице, распаковать их. Кто-то воспринимает это как должный элемент праздника, кто-то – как волшебную традицию. А кому-то просто хочется знать, что он не забыт.
На улице было темно, когда я шёл домой с пакетами подарков. Под ногами хрустел снег, и я невольно задумался, что писал в письмах Деду Морозу в своём детстве? Уверяя дедушку в своём хорошем поведении, я «скромно» просил подарить мне то собаку, то компьютер, то поездку в парижский Диснейленд.
Точно также хрустел снег под ногами шестнадцатилетнего Саши Верхотурцева в 1941 году, когда ранними морозными утрами он шёл к проходной свердловского танкостроительного завода № 9. Здесь вместе с другими юношами и девушками Саша изготавливал для фронта пушки М-30. Ни он, ни другие дети не могли мечтать о больших подарках на праздники, они знали что такое голод, холод и изнурительный труд. Даже в предновогоднюю пору ребята продолжали работать, приближая победу нашей Родины – в это чудо они верили. В то, которое создавалось всей страной.
Все четыре года войны я работал слесарем-сборщиком на заводе. Смены длились по 12 часов. Конечно, было тяжело. Новость о Победе застала меня, когда я только пришёл в общежитие после ночной смены. Первая эмоция - огромная радость, что всё закончилось, – рассказывает Александр Дмитриевич. Недавно он отметил столетний юбилей. И живет сегодня в пансионате для престарелых и инвалидов «Уктусский», что на окраине Екатеринбурга.
Александр Дмитриевич Верхотурцев
Фото: рцпв.рф
Фото: рцпв.рф
Александр Дмитриевич стал одним из зрителей предновогоднего концерта, на котором сотрудники Федеральной грузовой компании подвели итоги акции «Ёлка желаний» и вручили каждому индивидуальный подарок. Мне как юнкору удалось посетить это событие.
Назад в детство
Но, как только я вошёл в старательно украшенную дверь пансионата, то попал в царство тишины. Стало тепло и немного душно. В этом здании господствовала своя атмосфера. Коридоры первого этажа были пустыми, весь народ уже собрался в актовом зале на втором. Мимо на коляске проехала пожилая женщина с покрытыми шалью плечами и молча посмотрела на меня. Я не смог понять сразу, был ли я воспринят «диковинным явлением» в этих стенах, или просто в тот момент её занимали другие важные мысли. Не увидев лестницу, я попросил помощи у проходящего мужчины-инвалида, который, в свою очередь, подумал, что я пришёл навестить кого-то из своих родственников, и решил отвезти меня на лифте, который представлял собой замысловатый механизм: сначала нужно было захлопнуть тяжёлые металлические двери. Но вот они открылись и я услышал звук праздника.
Фото: Всеволод Трифанов
Зал был полон, казалось, сами бабушки и дедушки удивлялись количеству людей. Концерт пришли посмотреть и проживающие, и сотрудники учреждения. По краям на колясках расположились маломобильные, все вокруг оживлённо общались, а сбоку возле сцены стояла высокая нарядная ёлка со множеством подарков под ней.
Начался концерт. Свои номера представили народный ансамбль танца «Радость», ансамбль МВД и другие коллективы. Зал приветствовал артистов восторженно. То и дело слышались крики: «Классно! Здорово!». Сотрудники заведения с помощью нейросети и своих детских фотографий подготовили серию видеороликов, которые были тепло восприняты. «Иногда так хочется оказаться в детстве», – подытожила ведущая...
Начался концерт. Свои номера представили народный ансамбль танца «Радость», ансамбль МВД и другие коллективы. Зал приветствовал артистов восторженно. То и дело слышались крики: «Классно! Здорово!». Сотрудники заведения с помощью нейросети и своих детских фотографий подготовили серию видеороликов, которые были тепло восприняты. «Иногда так хочется оказаться в детстве», – подытожила ведущая...
Tilda Publishing
Ансамбль танца «Радость»
Ансамбль МВД
Фото: Всеволод Трифонов
Фото: Всеволод Трифонов
Счастливый номер
В зале сидели и те, с кем мне позже удалось поговорить лично. Уже знакомый нам Александр Дмитриевич Верхотурцев немного устал после концерта и был краток:
Эмоции получил добрые. Как-никак развлечение. Мы ведь здесь закрытые, ничего кроме друг друга не видим, а новые люди дают новые впечатления.
С другой бабушкой, чьё имя по ее просьбе мы опустим и назовём её, к примеру, Викторией Ивановной, мы пообщались в библиотеке пансионата:
— Я зубы не надела, поэтому сниматься не буду. А то знакомые увидят, удивятся.
— Почему удивятся?
— Потому что здесь оказалась... Мне очень понравился концерт, молодые девушки, парни выступали, свою душу, свои знания, свои умения подарили нам. Очень приятно было посмотреть и послушать их. Я получила огромное удовольствие. Это я смотрю уже третий концерт, некоторые номера повторяются, но в основном разные. Сегодня и новогодние песни были, конечно, очень приятно их вспомнить.
— Вам вручили сверток. Что в нём было?
— Сладости. Я уже пробовала конфеты, сейчас и вас угощу. [Начала распаковывать подарок] Календарь на двадцать шестой год. У-у, как много подарков! Баночки для домашнего хозяйства. Буду хранить украшения, там заколки, колечки, брошки всякие. А эти баночки будут на кухне, одна для конфет, другая для изюма, например. Очень приятно получить, ведь Нового года без подарков не бывает.
— А какой в Вашей жизни Новый год был самым запоминающимся?
— Сразу и не вспомнить даже. Самый лучший Новый год, конечно... [И тут она заплакала] Ладно, молчу... [В слезах] Да каждый Новый год хороший!
Под конец Виктория Ивановна рассказала мне, что они часто собираются и поют песни своей молодости. Одну из них (из к/ф «Весёлые ребята») она исполнила для меня:
— Я зубы не надела, поэтому сниматься не буду. А то знакомые увидят, удивятся.
— Почему удивятся?
— Потому что здесь оказалась... Мне очень понравился концерт, молодые девушки, парни выступали, свою душу, свои знания, свои умения подарили нам. Очень приятно было посмотреть и послушать их. Я получила огромное удовольствие. Это я смотрю уже третий концерт, некоторые номера повторяются, но в основном разные. Сегодня и новогодние песни были, конечно, очень приятно их вспомнить.
— Вам вручили сверток. Что в нём было?
— Сладости. Я уже пробовала конфеты, сейчас и вас угощу. [Начала распаковывать подарок] Календарь на двадцать шестой год. У-у, как много подарков! Баночки для домашнего хозяйства. Буду хранить украшения, там заколки, колечки, брошки всякие. А эти баночки будут на кухне, одна для конфет, другая для изюма, например. Очень приятно получить, ведь Нового года без подарков не бывает.
— А какой в Вашей жизни Новый год был самым запоминающимся?
— Сразу и не вспомнить даже. Самый лучший Новый год, конечно... [И тут она заплакала] Ладно, молчу... [В слезах] Да каждый Новый год хороший!
Под конец Виктория Ивановна рассказала мне, что они часто собираются и поют песни своей молодости. Одну из них (из к/ф «Весёлые ребята») она исполнила для меня:
Как много девушек хороших,
Как много ласковых имён,
Но лишь одно из них тревожит,
Унося покой и сон, когда влюблён.
Рукотворный праздник
После разговора в библиотеке меня провели по коридорам второго этажа, в которых после праздничного волнения всё вернулось к размеренному спокойствию быта. Солнечные лучи проникали сквозь стёкла и падали на стены, создавая уют. Вокруг текли незамысловатые беседы бабушек и дедушек, кто-то куда-то шёл, кто-то читал книгу, другие просто отдыхали. На моём пути встретился задорный Леонид Михайлович Аверьянов:
— Когда что-нибудь весёленькое, новенькое, это всегда очень приятно. Мне надарили сладостей и именной подарок. Показать? Идем в гости. Как Ваше имя?
— Сева.
— Это старинное имя... Вот моя деревня, вот мой дом родной. Заходите. Можете ёлочку сфотографировать. Вот такую ложку с надписью «Леонид» я нашел в подарочном пакете. Счастье, вот оно, в ложке!
— Новогоднюю ночь будете праздновать?
— Ну, ночь наступит, видно будет. В гости к родственникам поеду третьего января. Жил я на Широкой речке. Супруга умерла, я сад продал, и, так получилось, остался без квартиры. Теперь вот здесь.
— Сева.
— Это старинное имя... Вот моя деревня, вот мой дом родной. Заходите. Можете ёлочку сфотографировать. Вот такую ложку с надписью «Леонид» я нашел в подарочном пакете. Счастье, вот оно, в ложке!
— Новогоднюю ночь будете праздновать?
— Ну, ночь наступит, видно будет. В гости к родственникам поеду третьего января. Жил я на Широкой речке. Супруга умерла, я сад продал, и, так получилось, остался без квартиры. Теперь вот здесь.
Леонид Михайлович Аверьянов
с именной ложкой
Фото: Всеволод Трифонов
О том, что происходит в пансионате в полночь 31 декабря, рассказала Елена Владимировна из социальной службы:
— В сам Новый год здесь только дежурные медсёстры и дежурный сотрудник администрации учреждения. Проживающие собираются своими небольшими компаниями. Для маломобильных делается праздничный ужин: оливье, селёдка под шубой, фрукты, сладости. В комнатах у всех есть телевизоры. Поэтому и куранты, и шампанское, все атрибуты есть, не переживайте.
— В сам Новый год здесь только дежурные медсёстры и дежурный сотрудник администрации учреждения. Проживающие собираются своими небольшими компаниями. Для маломобильных делается праздничный ужин: оливье, селёдка под шубой, фрукты, сладости. В комнатах у всех есть телевизоры. Поэтому и куранты, и шампанское, все атрибуты есть, не переживайте.
Если только оглянуться вокруг, то можно было заметить, что не только люди подготовились к празднику, но и стены пансионата наряжены по-новогоднему. Как выяснилось, ажурные салфетки, похожие на снежинки, еще с лета вязала бабушка, которой 80 с лишним лет. А крахмалили их сотрудники у себя дома. Местные слесари провели проводку и развесили гирлянды. А из каждой жилой комнаты для украшения передали нарядные банты.
Украшенный коридор второго этажа пансионата
Фото: Всеволод Трифонов
Фото: Всеволод Трифонов
«Я» - последняя буква алфавита
Большинство людей в пансионате были приветливы и открыты, поэтому в очередной раз постучав в дверь жилой комнаты, я был приглашён в гости уже Таисией Ивановной Завьяловой. На её столе расположился обед, в контейнере лежало аппетитное картофельное пюре с котлетами, так напоминавшее домашнее.
— Заходите, sitzen sie sich.
Я сразу вспомнил уроки немецкого из пятого класса и приятно удивился такому приветствию. В Советском Союзе в качестве иностранного как раз изучали этот язык, поэтому многие представители старших поколений его до сих пор неплохо помнят. Я спросил у Таисии Ивановны об её ощущениях от праздника:
— Ну как может концерт не нравится? Чем их больше, тем лучше. Это мой первый Новый год в пансионате.
— Вы ждёте Новый год?
— А кто не ждёт? Все ждут. Я стишок Деду Морозу приготовила. Про букву «Я». Вот на Новый год придёшь и послушаешь. Ты мне так внука напоминаешь. Ты когда постучал, я думаю Жора пришёл. Приходи ещё ко мне, Всеволод. С наступающим тебя. Спасибо, сыночек.
— Заходите, sitzen sie sich.
Я сразу вспомнил уроки немецкого из пятого класса и приятно удивился такому приветствию. В Советском Союзе в качестве иностранного как раз изучали этот язык, поэтому многие представители старших поколений его до сих пор неплохо помнят. Я спросил у Таисии Ивановны об её ощущениях от праздника:
— Ну как может концерт не нравится? Чем их больше, тем лучше. Это мой первый Новый год в пансионате.
— Вы ждёте Новый год?
— А кто не ждёт? Все ждут. Я стишок Деду Морозу приготовила. Про букву «Я». Вот на Новый год придёшь и послушаешь. Ты мне так внука напоминаешь. Ты когда постучал, я думаю Жора пришёл. Приходи ещё ко мне, Всеволод. С наступающим тебя. Спасибо, сыночек.
Когда я вышел от Таисии Ивановны, то подумал, что всем нам, молодым и здоровым людям, наверное, стоило бы поучиться ценить «простые мелочи», житейские радости, просто праздник. Многие из этих людей, последним пристанищем которых стал казенный дом на окраине Екатеринбурга, отдали стране десятки лет самоотверженного труда, они выиграли войну и восстанавливали разрушенные ею города. И, пожалуй, как никто заслужили роскошных подарков, разнообразных сертификатов и еще Бог знает чего, что лежит сегодня у нас с вами под елками. Но они привыкли видеть счастье в мелочах. И, кажется, это делает их по-настоящему счастливыми. Людьми…
Я поделился своими мыслями с Еленой Владимировной из социальной службы. Она меня поняла с полуслова:
— Знаете, это действительно скромные люди. Они привыкли жить закрытой жизнью. У многих нет родственников. Но эти бабушки и дедушки умеют быть благодарными и не особо требуют благодарности взамен. Они могут при вас ничего не сказать, но когда придут в свою комнату, откроют подарки, то потом скажут нам: «Девочки, мы так рады, нам так приятно получить подарок»...
— Знаете, это действительно скромные люди. Они привыкли жить закрытой жизнью. У многих нет родственников. Но эти бабушки и дедушки умеют быть благодарными и не особо требуют благодарности взамен. Они могут при вас ничего не сказать, но когда придут в свою комнату, откроют подарки, то потом скажут нам: «Девочки, мы так рады, нам так приятно получить подарок»...
Я возвращался домой. Огни пансионата отдалялись. Снег все также хрустел под ногами. А на душе у меня теперь было намного теплее.
День долог, а век короток.
Всеволод Трифонов
6 января, 2026
Читайте также:
